Главная Наши земляки Дети войны. Одиноковы
19.06.2015
Просмотров: 490, комментариев: 0

Дети войны. Одиноковы

Яков Степанович и Екатерина Яковлевна Одиноковы  с внуками – Кимой, Марусей, Тоней.  Фото сделано за 5 дней до начала войны

На заре ХХ века, весной 1903 года, в селе Карабатово в семье Якова и Александры Одиноковых родился мальчик Капитон. Недолго малыша ласкали руки матери, болезнь унесла её жизнь.

Долго горевал Яков, а ребёнку нужна была мать. Прошёл год, и в доме Одиноковых появилась женщина – Екатерина Яковлевна. Она и стала матерью малышу. Отдавала ему всё тепло своей души. Капитон был единственным ребёнком в семье.

Мальчик рос весёлый, подвижный. Рано начал работать «избачём». Так в деревне называли заведующего избой-читальней. Капитон выдавал односельчанам книги, да и сам много читал. Потом работал секретарём Карабатовского, а затем Холязинского сельсовета. Умел ладить с людьми. Да к тому же был хорош собой и пел. Слушали песни Капитона, наслушаться не могли.

Вскоре Капитон женился на своей односельчанке. Любовь Фёдоровна любила мужа. Где любовь, там и дети. Сначала родилась Маруся, потом Тоня, третья — дочка Кима.

Так бы жить и жить. Два года проработал Капитон Яковлевич в райкоме партии, 9 мая 1941 года уехал в Севастополь, учиться в школе политических работников. Там его и застала война.

Вот что об этом пишет его младшая дочка Кима:

«Чем дальше уходит время от этих страшных событий, тем ближе и дороже становятся люди, не пришедшие с войны. Давно уже нет их, но память хранит всё, что связано с ними. Они не напрасно жили и отдавали жизни за Родину, за своих любимых.

Я хочу рассказать о своём отце — капитане III ранга Капитоне Яковлевиче Одинокове, погибшем в бою при обороне Севастополя. Воевал он на корабле. Немцы усиленно бомбили их. Корабль затонул, а вместе с ним и команда. Сама я мало что знаю о нём. Мне исполнился один год, когда началась война, кое-что сёстры рассказывали, да и мама часто плакала.
Нас осталось трое. Марусе было 14 лет, Тоне 10, а мне чуть больше года. Жили трудно, как и все дети того времени. Я помню, как мы сидели у таганка, что стоял на шестке русской печки, и с нетерпением глядели на чугунок, в котором варилась картошка. Очень хотелось есть. Хлеб был большой редкостью в доме. Продавали его по карточкам. С вечера мы отправлялись к магазину, ныне Центральный, усаживались напротив магазина на крылечко, и терпеливо ждали, когда привезут хлеб. Магазин этот тогда называли «У Феди Сажина». А утром нужно было суметь получить заветную норму хлеба. Я была маленькая и худенькая, пробиралась между ног, протягивала руку с талоном и мне доставалась заветная буханочка ржаного хлеба.

Не было дров. Выдавали на зиму по три кубометра осины, мама и старшие сёстры пилили двуручной пилой. Я считала себя взрослой и помогала, как могла. Мама плакала, глядя на нас. Этих дров не хватало. Рубили ветки сирени, бузины. Собирали всякие щепки, солому.

Маруся помогала маме, работала по мере сил. Тоня училась в школе. Помню, что сиротам, оставшимся без отцов, при райисполкоме давали по половнику жидкой манной каши и по стакану морса. Вкус его долго помнился.

Ждали весны и лета с большим нетерпением. По первым весенним тропинкам мчались в лес, в луга. Собирали щавель, пестушки, котовушки, курепу. Съедали всё на месте. А позднее – земляника, черёмуха, малина и смородина. Ближе к осени рябина. Носила я то, что доставалось от старших сестёр. Особенно было трудно с обувью. Чаще всего летом бегала босиком. Бывало, что и ногу поранишь, замажешь ранку землёй и опять бежишь.

В семье все любили петь, наверное, перешло от отца. Песни и я быстро запоминала.

Мама получила похоронку в марте 1942 года. В ней значилось: «Пропал без вести». Вот и кончилась семейная жизнь. Все тяготы дальнейшей жизни легли на её плечи. Дедушка наш, папин отец, получив «похоронку», вскоре умер».

Но жизнь продолжалась. Закончилась война. Мария Капитоновна осталась жить в Мурашкине. Создала семью, вырастила дочку и сына.

Тоня, окончив школу, поступила в Горьковский пединститут. По распределению уехала в Тюменскую область. Работала учителем, а потом директором школы. Она — Отличник народного образования,сейчас на заслуженном отдыхе.
Кима работала после школы в Сибири, потом в Горьком.

Все сёстры были участниками художественной самодеятельности. Последний раз собрались вместе в день, когда отмечали 100-летие О.Д. Огнёвой.

Вот о чём пишет дальше Кима Капитоновна: «Живу в настоящее время в Н.Новгороде. На жизнь не жалуюсь. Но сердце опять неспокойно. Украина — боль моя. У меня там сын — Олег, с женой и двумя сыновьями. Олег — полковник запаса. Боюсь, что заберут воевать против своих же людей. Не могу больше слушать теленовости. Живу ожиданием звонка от единственного сына.

Пользуясь случаем, передаю привет всем, кто помнит меня в Мурашкине. Низкий поклон с пожеланиями здоровья, благополучия, спокойствия моим одноклассникам».

Любовь Фёдоровна, жена Капитона Яковлевича, доживала свой век в Карабатове в стареньком домике со своей свекровью, Екатериной Яковлевной. Когда ее не стало, на зиму уезжала к младшей дочке Киме. А летом опять на свою малую родину. Теперь и её нет. А Кима Капитоновна дважды побывала в Севастополе у Вечного огня, который горит, напоминает нам о тех, кто никогда не вернётся с войны...

Надежда ГОРОХОВА

  • Яков Степанович и Екатерина Яковлевна Одиноковы  с внуками – Кимой, Марусей, Тоней. Фото сделано за 5 дней до начала войны

Архив новостей

понвтрсрдчетпятсубвск
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728