Главная Наши земляки Дети войны. Научились жить и помнить...
20.11.2015
Просмотров: 547, комментариев: 0

Дети войны. Научились жить и помнить...

Молоденькие девчонки на лесозаготовках за Волгой

Родилась и росла я в селе Малое Мурашкино. Мне исполнилось десять лет, когда фашистская Германия напала на Советский Союз.

22 июня 1941 года было воскресенье, сельчане в этот день отдыхали: посевная страда закончилась, а летняя еще только набирала темпы, людям хотелось перевести дыхание, чтобы с новыми силами работать дальше. Никто не подозревал, что вскоре разразится другая жатва, жестокая и смертельная.

Взрослые сидели на бревнышках у дома наших тети Нюры и крестного Лазаря Васильевича Куликовых. У них и у нашей семьи в избах висели на стенах черные тарелки радио. Окна были распахнуты настежь, по радио играла какая-то музыка, женщины переговаривались между собой, делясь последними новостями, а наши отцы обсуждали свои крестьянские дела. Мы, ребятня, крутились рядом, как же без нас: бегали, скакали, играли в свои немудрящие игры.

Стояла жаркая и тихая погода, когда все вдруг повернулись к окнам избы и замолчали, а оттуда раздавался мужской голос. Известие о начале войны прозвучало для всех, как гром среди ясного неба. Нам, ребятишкам, и невдомек, что же такое случилось, что все собравшиеся сразу зашумели, бабы запричитали, заплакали.

Наша семья насчитывала пять человек: папа — Егор Васильевич Куликов, мама — Федосья Петровна, старшая сестра Женя, ее вскоре после начала войны, сорвав с учебы в ФЗУ, направили на Пыру, на торфоразработки, младший брат Серафим и я. Нашего отца призвали чуть позднее, где-то в конце августа — начале сентября. Помню, что шли в Большое Мурашкино в военкомат пешком, и я очень устала, тяжело было идти в гору. Но вечером мама с папой вернулись, его в тот день отпустили переночевать домой. Рано утром он тихо собрался и, никого не разбудив, вышел из избы, и как оказалось, навсегда, больше мы его не увидели.

Были поначалу письма, и я сама читала, как отец с фронта писал, что, мол, сидит в окопе и «…строчу из пулемета и защищаю Родину и Отечество.» Это письмо и его содержание запомнилось потому, что оно было последним и читалось вслух очень часто. Папа пропал без вести 11 июля 1943 года. Об этом мы все узнали из извещения, пришедшего на имя мамы: «Ваш муж, рядовой, пулеметчик Куликов Егор Васильевич, пропал без вести в бою...». Вот и все, что запомнилось мне о начале войны.

В 41-м я пошла во второй класс и мне нравились уроки, учителя рассказывали много интересного. Еще в памяти остался плакат со словами «Нам восемь лет и мы идем в школу!». Первым моим учителем стал Владимир Владимирович Троицкий, во втором классе училась уже у Леонида Григорьевича Кочуева, а когда они оба ушли на фронт, доучивала нас Валентина Ивановна Куликова. Заведующей школой в те годы была Устинья Васильевна Мошонкова.

Как помогали фронту мальчишки и девчонки нашего села? Да как и все в то время: нянчились с младшими детьми, выполняли почти все работы по дому и в своем хозяйстве — кормили домашнюю скотину, пасли овец и коз, доили коров, запасали сено на зиму и многое другое. Еще собирали колоски в поле, мешками носили домой конский щавель. Я сама набью целый мешок листвой и волоку его до избы, разложу щавель на ветерке, высушу. Потом перемалывали с мамой сухую траву и добавляли её в картошку, выпекали лепешки. Поначалу у нас была корова, но маме одной ее держать стало трудно, да и кормов в колхозе перестали давать — ни сена, ни зерна, вот и продали кормилицу нашу, и жизнь стала еще голоднее. В первые годы войны в село неоднократно приезжали заготовители и забирали зерно, полученное за трудодни в колхозе еще до войны и сохранившееся в личных амбарах. Районные начальники говорили, что это зерно нужно для фронта, для победы.

В 1943 году в Малом Мурашкине была открыта церковь. Молились, умоляли о спасении от смерти и тяжелых ранений на фронтах своих близких. Батюшкой я была допущена к уборке в здании церкви, мне одной он дал разрешение прибираться в самом алтаре.

Годы войны навсегда останутся в моей душе ноющими, незаживающими ранами, так как они перепахали нашу жизнь, оставили сиротами, заставили повзрослеть слишком рано и даже долгие годы после Победы не принесли в жизни кардинальных изменений — жили, росли, работали и старались забыть все страшное, что принесла эта проклятая и кровавая война. Наше военное детство выковало в нас стойкость и одну особую черту — умение забыть о собственном горе и свято чтить память наших воинов, погибших в кровопролитной и жестокой войне.

Всю войну я прожила в Малом Мурашкине, работала в нашем колхозе. Меня с девушками постарше посылали на лесозаготовки за Волгу. Я сама небольшого роста. Помню тогда на меня взглянули, рассмеялись и сказали, что здесь тяжелое производство, а не детский сад. Но все равно поставили зачищать подъездные дороги для машин от колдобин и ухабов. Время было трудное, послевоенное, полуголодное, и к Рождеству вся наша команда из села сбежала домой. Девушек потом вернули обратно, а меня оставили дома и послали работать на телятник. Так началась моя трудовая карьера. Потом зоотехник Назаров, видя мои старательность и прилежание, поставил меня на группу доращивания телок и подготовке их к отелу. Когда приходило время телкам телиться, я сдавала их дояркам.

Послевоенные годы остались в памяти как череда пятен — то черных, то белых. В это время одеться и обуться особенно было не во что, поэтому я на гуляния старалась не ходить, стыдно было за свой внешний вид… В клуб редко ходила, но в художественной самодеятельности участие принимала, даже играла небольшие роли в спектаклях. В 1951 году, после проводов в армию брата, у нас сгорел дом, пришлось восстанавливать документы, но многого было не вернуть — писем отца, его фотографии… В Малом Мурашкине вышла замуж, родила детей. В 1962 году присвоили мне звание «Мать-героиня», а в 1968 году по приглашению П.М.Соколова мы переехали в Холязино. За трудовые успехи имею орден «Трудовая доблесть».

В.Е. Суханова

Архив новостей

понвтрсрдчетпятсубвск
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031